Grand PhD in Political Sciences, Professor at the Department of Political Science, Institute of International Relations and Socio-Political Sciences, Russian-Armenian University; Senior Researcher, Institute of China and Contemporary Asia of the Russian Academy of Sciences
доктор политических наук, профессор кафедры политологии, Институт международных отношений и общественно-политических наук, Росийско-армянский университет; старший научный сотрудник сектора кавказских исследований, Институт Китая и современной Азии Российской академии наук
Nuclear energy is becoming a strategically significant component of the energy balance of the BRICS+ countries, reflecting both the growing demand for energy resources and the pursuit of technological sovereignty. This study analyzes the distribution of nuclear power plant capacities, uranium reserves, and ongoing projects among the BRICS+ states, allowing their efforts to be considered within the broader context of global energy diversification and security. The analysis is based on data regarding operational nuclear power plants, reactors under construction, and uranium resources, collected from international energy data-bases and official reports. The results indicate that Russia, China, and India constitute the technological and production core of BRICS+, concentrating the majority of operational reactors and new construction projects, while Brazil and South Africa maintain stable but more modest programs, relying on domestic uranium production. Egypt, Ethiopia, Iran, Indinesia and the United Arab Emirates emerge as new participants advancing ambitious nuclear energy projects. These trends suggest the formation of BRICS+’s collective influence on the global nuclear energy and fuel market, as well as the strengthening of their role in ensuring global energy stability.
Ядерная энергетика становится стратегически значимым компонентом энергетического баланса стран БРИКС+, отражая как растущий спрос на энергоресурсы, так и стремление к технологическому суверенитету. В данном исследовании анализируется распределение мощностей атомных электростанций, запасов урана и реализуемых проектов среди государств БРИКС+, что позволяет рассматривать их усилия в более широком контексте глобальной диверсификации и безопасности энергосистем. Анализ основан на данных о действующих атомных электростанциях, реакторах, находящихся в стадии строительства, и ресурсах урана, собранных из международных энергетических баз данных и официальных отчетов. Результаты показывают, что Россия, Китай и Индия формируют технологическое и производственное ядро БРИКС+, концентрируя большинство действующих реакторов и новых проектов строительства, в то время как Бразилия и Южная Африка поддерживают стабильные, но более скромные программы, опираясь на собственную добычу урана. Египет, Эфиопия, Иран, Индонезия и Объединенные Арабские Эмираты становятся новыми участниками, продвигающими амбициозные проекты в области ядерной энергетики. Эти тенденции свидетельствуют о формировании коллективного влияния БРИКС+ на глобальный рынок ядерной энергии и ядерного топлива, а также об усилении их роли в обеспечении глобальной энергетической стабильности.